Фантаскоп

Ребилитация Синей Бороды

sin.bor



СПОДВИЖНИК ОРЛЕАНСКОЙ ДЕВЫ
Прошли века, и в памяти потомков Жиль де Рэ остался только как герой страшной сказки Шарля Перро «Синяя борода» (прозванный так за иссиня-черный цвет бороды), где он убивает уже не мальчиков, а молодых женщин, имевших неосторожность выйти за него замуж. О сговоре с дьяволом тоже не упоминается. Но от этих перемен сам персонаж симпатичнее не становится.
Сам барон давно мертв и кости его рассыпались в прах, но почему-то никто из потомков еще не попытался не то чтобы восстановить его доброе имя, но хотя бы разобраться в подробностях давнего судебного процесса. А между тем все не так просто, как кажется на первый взгляд.
Жиль де Лаваль, барон де Рэ родился в 1404 году в знатной семье. Благодаря заботам родителей мальчик получил превосходное образование, выучил древние языки, стал библиофилом (большая редкость среди знати в то время!). Когда Жилю было одиннадцать, его отец умер, а мать вскоре снова вышла замуж. Мальчика воспитывал дед по отцу – отважный воин, но небольшой любитель «книжной учености». Жиль увлекся фехтованием, соколиной охотой и верховой ездой. В 1420 барон де Рэ вступил в брак с богатой и знатной Катрин де Туар (как утверждали злые языки – по расчету).
Шла Столетняя война. Молодой и отважный барон де Рэ не мог остаться в стороне. Он вступил в войско Карла VII, но не потому, что уважал этого глупого и непорядочного монарха, а потому, что тот был единственным законным претендентом на престол Франции. А еще потому, что войско короля вела Жанна д’Арк. Эта девушка обладала поистине божественной силой, в которую Жиль поверил сразу, став самым преданным телохранителем и помощником Жанны. Однажды и ему самому явилось видение свыше, и он понял свое небесное предназначение: быть безжалостным к врагам Франции и во всем помогать Орлеанской Деве. Удача сопутствовала барону. После того, как войско Жанны д’Арк вступило в Реймс и Карл VII был коронован, Жилю присвоили звание маршала Франции. За победами пришло поражение: войско было разбито, а Жанна взята в плен. Барон де Рэ оказался единственным, кто не бросил ее в беде: он собрал собственную дружину, чтобы взять Руан штурмом и пытался организовать побег девушки из тюрьмы до самого дня казни.
ВОИН, ОХОТНИК, АЛХИМИК…
После гибели своего кумира Жиль теряет интерес к происходящему, покидает двор короля и возвращается в свое родовое владение Тиффож. Там, в компании флорентийского священника Франческо Прелати, он занимается алхимией и поисками философского камня. Занятия, надо сказать, не очень типичные для представителя аристократического класса и воина! Но барон де Рэ не чуждался и более привычных для его круга развлечений: охоты и пиров в шумной компании красавцев-пажей и знатных соседей.
Широкий образ жизни, который вел Жиль, а особенно его занятия наукой требовали расходов: постепенно тают деньги, и он вынужден продавать леса, пастбища и даже некоторые из замков. Впрочем, ученый и охотник был не столь уж прост: все проданное им, согласно заключенным договорам, могло быть в любое время до смерти барона выкуплено обратно. А покупателей, и в их числе епископа Нантского, герцогского казначея Жофруа Феррона и герцога Бретонского, это условие не устраивало. Выход был прост: нужно, чтобы Жиль де Рэ умер. А поскольку он был еще не стар и полон сил, ему следовало… помочь. Отравить? Но кто из преданных и обожающих своего господина слуг возьмется за такое грязное дело? Подослать наемного убийцу? Но в замке Тиффож полно воинов, да и сам маршал Франции способен за себя постоять. Остается одно: оклеветать, да так, чтобы дело не ограничилось слухами и сплетнями, а дошло до судебного процесса. А столь знатная особа подсудна только самому королю, который еще помнит воинские заслуги Жиля. Значит, нужен процесс, где сам король не сможет за него вступиться – инквизиционный.
КУПИТЬ ИЛИ ОТОБРАТЬ?
К сожалению, предлог для начала преследований дал сам барон. Продав очередной замок Жоффруа Феррону, он отказался принять его брата, явившегося за бумагами, а когда тот стал настаивать, Жиль, будучи в сильном подпитии, избил его и заключил в тюрьму. В другое время барону это сошло бы с рук, но тут кредиторы не пожелали упустить такой замечательный момент: против барона де Рэ было начато инквизиционное и уголовное дело, а судебную комиссию возглавил (вот неожиданность!) епископ Нантский.Барон де Рэ был официально объявлен оскорбителем церкви, еретиком и детоубийцей. Такое обвинение давало право суду конфисковать его собственность. Отобрать было проще, чем купить. Недоказанную вину сочли столь очевидной, что за пятнадцать дней до начала суда герцог Бретонский уже распоряжался землями барона де Рэ.
Обвинение, собственноручно написанное епископом Нантским, состояло из сорока семи пунктов. Основными были: оскорбление служителя церкви (за совершение насилия над братом Феррона), вызывание демонов, сексуальные извращения с детьми и человеческие жертвоприношения, хранение и чтение запрещенных магических книг. Говорилось также, что Жиль де Рэ приказал «сжечь тела вышеназванных невинных детей и выбросить их в рвы и канавы вокруг упомянутых замков и в выгребные ямы упомянутого замка Ла-Сюэ». Кроме того, барон предлагал «руку, глаза и сердце одного из упомянутых детей со своей кровью в хрустальном кубке демону Баррону в знак уважения и поклонения».
13 сентября 1440 года подсудимый был официально вызван в гражданский суд города Нанта, куда и явился. Заметим: добровольно и не сделав попытки бежать! На закрытом заседании прокурор ознакомил Жиля де Рэ с обвинением, выдвинутым против него епископом, и предложил представить свои оправдания, на что самонадеянный маршал тут же согласился. Он даже не вспомнил о своей неподсудности судам города Нанта! Это была роковая ошибка. В самом деле: духовный суд мог судить его только за действия, направленные против церкви; за преступления уголовные пэр и маршал Франции отвечал только перед королем. У суда церковного к Жилю, по большому счету, были претензии только в связи с оскорблением священства, — ведь избитый Феррон был лицом духовным. Обвинения же в ереси были сформулированы так невнятно, что барон, скрывавший свои занятия наукой, легко мог отпереться.
«ДОБРОВОЛЬНОЕ» ПРИЗНАНИЕ
8 октября в Нанте состоялось уже открытое заседание по тому же делу. Теперь барон де Рэ, поняв, что натворил, попытался заявить, что неподсуден суду епископа. Протест отвергли, во-первых, на основании предыдущего согласия де Рэ выступить в качестве ответчика, во-вторых, из-за обвинения в ереси и колдовстве, то есть в преступлениях, которые теперь выдвигались обвинением на первый план. Остальные деяния, и даже убийства детей, были почти забыты. Признавая преступления против религии главными злодеяниями барона де Рэ, епископский суд передавал его в руки инквизиции.
После пятого заседания барон де Рэ, отвергавший возводимые на него обвинения, был подвергнут пытке, после чего сознался «добровольно и свободно» (формулировка суда!). Инквизитор объявил барона виновным в вероотступничестве, ереси и вызывании демонов, епископ – в содомии, богохульстве и осквернении привилегий церкви. Духовные суды завершились решением передать барона светским властям для наказания. Тем временем гражданский суд под председательством канцлера бретонского парламента снова предъявил обвинение в убийстве (чего не могли сделать церковные суды) и вскоре осудил маршала и за это преступление. Но судьи продолжали настаивать, что подсудимый что-то скрывает, и продолжали терзать его пытками. Наконец, доведенный до отчаяния маршал воскликнул: «Разве не возвел я на себя таких преступлений, которых хватило бы, чтобы осудить на смерть две тысячи человек!»
В итоге «объективный и беспристрастный» суд осудил барона де Рэ как «еретика, вероотступника, вызывателя демонов,… повинного в преступлениях и противоестественных пороках… и осквернении неприкосновенности святой церкви», и приговорил к смерти через повешение с последующим сожжением трупа.
СУД ИСТОРИИ
Судебное разбирательство по делу де Рэ даже его современникам казалось незаконным. Ни один из пяти тысяч слуг барона не был вызван в суд для дачи показаний, а его приближенные подвергались жестоким пыткам, в результате которых двое из них умерли. Те, кто согласились обвинить хозяина, остались в живых, но искалеченными. Чтобы барон не отрекся от сделанного в минуту отчаяния признания, ему была обещана «милость» в виде удушения перед сожжением. Один уважаемый хронист высказался так: «Большинство дворян Бретани, особенно те, что находились с ним в родстве, пребывало в величайшей печали и смущении от его позорной смерти. До этих событий он был более знаменит как доблестнейший из рыцарей».
И еще многое в этой истории вызывает сомнение. Заставляет насторожиться странный факт: когда садиста и детоубийцу вели на казнь, его приветствовала толпа. А за гробом страшного преступника, шла, рыдая от горя, его жена – Катрин де Туар, все эти годы жившая с ним в любви и согласии.
Основные свидетели, некие Анри Гриар и Пуату – кстати, не принадлежавшие к числу близких слуг барона – путались в числе убитых детей: в протоколах суда зафиксированы цифры сто сорок, четыреста девяносто девять и восемьсот. Даже если упомянутые свидетели и не были сильны в арифметике, факт остается фактом: ни в замках маршала, ни в указанных слугами местах захоронения не нашли ни одного трупа. Доказаны были лишь занятия барона алхимией. Любопытно отметить и то, что, узнав о намерении расследовать его преступления, Жиль де Рэ согласился на предание церковному суду: бывший сподвижник Жанны д’Арк был уверен в своей невиновности. Да, он сознался в преступлениях, но сделал это под пыткой и чтобы избежать самого страшного для христианина наказания – отлучения от церкви (его отлучили в ходе процесса, но после признания отлучение было снято).
Что там было на самом деле, нам, живущим несколько столетий спустя, уже не узнать. Но может, хватит пугать детишек «страшилкой» о Синей Бороде? Или хотя бы объяснить им, что знаменитый воин и сподвижник Жанны д’Арк ничего общего с персонажем старой сказки не имеет?
Автор -Дара

Оставить комментарий

Вы должны войти чтобы оставить комментарий!

Запросов 46, за 0,799 секунды.